top.mail.ru

Вход на сайт

СОЛНЦЕ СВЕТИТ ДЛЯ ВСЕХ

                                    Древняя мудрость


Брест: расписание движения транспорта Афиша новогодних и рождественских мероприятий в Бресте Афиша Бреста на TOMIN.BY
12
Нояб 2017

 

TOMIN.BY

В деревушке Бусса Ивановского района 12 ноября 1957 года произошел самый страшный за всю историю СССР пожар. Во время демонстрации кино в местной школе заживо сгорели 65 человек. Еще трое скончались в больнице. Среди погибших – более 30 детей...

Однако нигде в большой стране не были приспущены в знак траура государственные флаги. Более того, всю информацию о трагедии в Буссе оперативно засекретили. В те годы на любые ЧП, если в них погибало более 10 человек, автоматически накладывался гриф «совершенно секретно». Поэтому утро 12 ноября никак не омрачило начало рабочего дня. А в это время деревня Бусса, глотая слезы, сколачивала гробы для своих мертвецов...

Подробности трагедии были опубликованы в 1998 году в журнале «Служба спасения», когда гриф секретности с материалов уголовного дела сняли, а один из участников расследования пожара изъявил желание поделиться с журналистами своими воспоминаниями. А вместе с ним - и свидетели трагедии. Их слова мы и приводим сегодня.

Одним из тех, кому удалось спастись в ту страшную, ночь был Василий Филиппович Вырвич.

«Мне было 24 года Я уже отслужил в армии, успел поработать в Казахстане и вернулся домой, в Буссу. В этот день вместе с братишкой и сестренкой готовил к зиме сад - деревья обвязывали. А вечером братишка говорит, дескать, кино привезли, пошли посмотрим. Я в то время все больше по девчатам ходил, чем в кино... Но он и сестра стали уговаривать. Интересный фильм говорят, про Брестскую крепость. Ладно, думаю, девки подождут. Пошли мы. Я еще и друга своего позвал. У него бутылка водки была. Мы с ним и выпили перед сеансом.

А клуба в нашей деревне не было. Кино крутили в школе, в комнате метров десять длиной. Нас туда душ сто набилось. Сели мы с другом на скамейке, а рядом на столе киноаппаратура стояла. Сидим, разговариваем.

Пошли первые кадры. Оказалось, что кино не про Брестскую крепость, а «Парень из тайги». Только первые кадрики пошли, как пленка порвалась. Киномеханик говорит, что надо кого-нибудь за лампой послать. Электричества ведь тогда еще в деревне не было. Просто вешали керосинку на гвоздь в стене. А киноаппарат работал от бензинового движка, который устанавливали на улице. В общем, кинулись искать лампу. Потом вспомнили, что она лежит в ящике под аппаратом.

Повесили мы керосинку на крючок в проеме между окон, зажгли ее. Киномеханик разобрался с неисправностью и кино начали крутить. Детвора сидела прямо у экрана, а взрослые подальше. Когда пошли кадры, киномеханик попросил меня убавить яркость лампы. А мне тяжело было до нее дотянуться, и я сказал Володе Наумчику, чтобы он повернул фитиль. Володя стал «прикручивать» свет и тут лампа сорвалась с крючка, упала прямо на кабель. А лампа, как я думаю, была заправлена бензином. Он и полыхнул.

Кинолента тут же загорелась прямо на аппарате. Я выхватил из-под себя танковую куртку, накрыл его, стараясь потушить огонь. А друг мой Иван Сидорчик поднял аппарат и попытался подтащить его к окну. Но то ли тяжелый агрегат оказался, то ли Иван споткнулся, но как толкнул горящий аппарат, так с ним и упал... А я выбил ногой окно и выскочил. Потом думаю, что же я выскочил, а брат с сестрой там остались. Полез назад и только вижу, как платьечки горят на девочках...

Я выскочил, глотнул воздуха и снова кинулся туда. Смотрю, хлопчик висит в окне, кричит: «Мамочка, спаси, мамочка, больше никогда в кино ходить не буду. Только спаси». Я его за брючный ремень схватил, с мужиками потащили мальца через окно и перервали пополам. Скончался бедолага. И сестру мою двою родную также вытянули, но она в больнице скончалась...

В общем, кто постарше был да ближе к выходу – те, душ, может, 20–40, выскочили. А детвора вся погорела. И мои брат с сестрой, и две сестры того Володи Наумчика, который лампу уронил. Всего погибло 65 человек наших, с Буссы. Еще дед один, лет 80-ти, из Пинска погиб. Он в Буссу приезжал «на любовь» до нашей местной старушки. Она его и хоронила. Двое взрослых мужиков погибли - с 1912 года рождения, один - с 14-го и один 25-го, а остальные с 30-го и младше. Лидочке Наумчик было только 8 лет.

Когда потушили пожар, развалили стены и стали извлекать погибших. Опознавали кого как. По остаткам одежды, по сапогам.

У сестры моей обгорела голова, у брата тоже. А от друга только и остались часы, которые мы нашли в куче пепла.

Из нашей родни погибло шестеро. У батьки моего было два брата. Так вот у каждого сгорело в той школе по двое детей».

 

Вспоминает Василий Лукьянович Багновец. В 1957 году ему было 12 лет, и он тоже любил кино.

«Мои старшие брат и сестра пошли в кино. Ну и я следом. Денег, правда, у меня не было. Но киномеханик пропустил бесплатно. Я пробрался поближе к экрану, нашел место, посадил на колени мальчика лет семи. Сидим, ждем. Началось кино. Помню, только показали лес, тайгу, снег и вдруг обрыв пленки. А потом я обернулся, вижу - горит киноаппарат. Я, недолго думая, разбил окно и выскочил. Обежал школу с одной стороны, смотрю - никого нет, никто не выходит. С другой - тоже пусто. Тогда помчался домой. Спрашиваю у мамы: «Никифор пришел?» «Нет», — говорит». «А Зина?» — «И Зины нету». Я расплакался и рассказал о том, что случилось в кинозале. Мы вместе побежали назад к школе. Там уже все пылало, люди метались, кричали, кого-то тащили из окна. А брат мой с сестрой не спаслись...».

 

Григорию Сидоровичу Ильчуку в 1957 году было 30 лет. Он работал лесником.

«...Это был понедельник. Я пришел с работы уставший. А жена говорит: «Пойдем в кино». Мне не хотелось никуда идти, но она уговорила. Пошли втроем: я с женой и наша квартирантка - библиотекарь. Я сел неподалеку от двери, чтобы можно было выходить на перекур. А комнатка та была маленькая, метров девять. А народу набилось человек восемьдесят. Сидели один на одном. Дети же прямо на полу у самого экрана. Когда пожар начался, я кинулся к двери и, помню, в темноте, света ж не было, наступил на кого-то, наклонился, нащупал и поднял ребенка, кинул его в окно. Затем еще одного. Сам обгорел - руки, голова, лицо. Очнулся уже в больнице. Там на моих глазах умерла девочка. Она лежала на полу, плакала, звала маму, а потом вдруг затихла.

Жену похоронили без меня. Я лежал в больнице с ожогами».

 

Медведев Василий Артемович. В 1957 году – помощник киномеханика.

«...Сначала хотели крутить кино в Молодово. Но завклубом сказал, чтобы везли в Буссу. А в тот день у киномеханика родилась дочка, и он поехал к жене в роддом. Завклубом говорит: «Ничего, пусть помощник крутит». Вызвал он ездового, погрузили в подводу аппаратуру и приезжают ко мне. «Поехали, - говорит, - кино показывать в Буссу». А я ведь всего 12 дней работал, еще самостоятельно крутить кино не мог. Что делать, поехали мы домой к киномеханику. Я говорю: «Скажите Грише, когда вернется, пусть сразу едет в Буссу». И сам, значит, поехал. Установил в зале аппарат, расставил скамейки. Тут появился киномеханик, говорит: «...Хоть бы день дали с женой побыть. Я же дочку еще не видел! Так нет же, приказывают: крути кино...»

Нам завклубом так и заявил: или кино показывайте, или, если нет, то завтра из своего кармана придется платить за сорванный сеанс. Что тут было делать?

Пустили кино. Я-то сам стоял у движка на улице. Это меня и спасло. С тех пор больше к киноаппарату не подходил. Решил - ну его к бесу... И пошел в трактористы».

 

Леонид Николаевич Зыль, полковник запаса - участник расследования причин пожара в деревне Бусса.

«В ту пору я был молодым лейтенантом. Только закончил Ленинградское пожарно-техническое училище и работал инспектором отдела Госпожнадзора Республиканского управления пожарной охраны. Трагедия в Буссе случилась вечером 11 ноября. Нам сразу же позвонили, и через 40 минут группа из четырех человек, которой предстояло принять участие в расследовании, выехала на автомобиле «Победа» к месту происшествия.

Приехали рано утром. Зрелище, конечно, было ужасное. У дверей и окон сгоревшего дома погибшие люди были буквально спрессованы. Они как толпились, пытаясь выскочить из комнаты, так и погибли. Дети, взрослые - целые семьи. Судебно-медицинская экспертиза установила, что причиной смерти были не термические ожоги, а отравление синильной кислотой, которая выделялась при горении нитропленки. А даже малая доза синильной кислоты, попав в организм человека, вызывает свертывание крови.

Три дня мы занимались расследованием. Там же, в Буссе, работала и правительственная комиссия, в которую входили министр культуры Киселев, представитель от МВД, руководитель республиканского кинопроката Подберезкин. Государство взяло на себя все расходы, связанные с похоронами. Конечно, народ в деревне клял всех и вся. А если бы им в руки попался киномеханик или тот хлопец, который лампу уронил, - убили бы обоих. Стон стоял во всем районе.

А потом были похороны. За ночь вырыли траншеи на кладбище и хоронили по двое, по трое в гробу. Если, к примеру, погибла семья, то их хоронили всех в одной могиле.

Вереницу телег с гробами и бабьи завывания я до сих пор как вспомню - так мороз по коже... После этой трагедии в Совете Министров СССР состоялось заседание, на котором обсуждались причины пожара. Было принято решение пристраивать к помещению, в котором демонстрируют фильмы, киноаппаратную, чтобы если вдруг пленка загорелась, то не пострадали бы зрители.

А главное - о трагедии в деревне Бусса было доложено на закрытом заседании Секретариата ЦК КПСС, и через две недели в партийные организации пришло письмо с грифом «секретно», в котором, наряду с оргвыводами, Хрущев дал указание Совету Министров СССР и Министерству химической промышленности прекратить выпуск нитропленки и перейти на производство кинопленки на триацетатной основе. Надо сказать, что к этому времени во всем мире уже лет пятнадцать как выпускалась кинопленка только на триацетатной основе. И лишь у нас, в СССР, производили опасную для жизни, но более дешевую нитропленку. И надо было погибнуть шестидесяти пяти жителям полесской деревни Бусса, чтобы руководство страны приняло решение производить киноленты на безопасной для жизни людей пленке».

 

...А потом был суд. На скамье подсудимых оказались киномеханик, уронивший лампу зритель Владимир Наумчик, заведующая школой, завклубом, председатель колхоза, председатель сельсовета, секретарь парторганизации, начальник районной пожарной охраны...

Киномеханик был приговорен к 10 годам лишения свободы, зритель Наумчик – к 5. Старшего пожарного инспектора района приговорили к 2 годам...

Спустя год после трагедии, на месте школы, в которой сгорели шестьдесят пять человек, поставили памятник – кирпичную пирамиду, выкрашенную «серебрянкой».

 

 

С четырех сторон на памятнике - фамилии погибших. Шесть раз повторяется фамилия Вырвич, семь раз - Сидорчук, девять - Наумчик. В Буссе практически нет семьи, которая не пострадала бы от пожара в 1957 году. Каждый год 12 ноября вся деревня собирается на кладбище.

В 2002 году за средства жителей д. Бусса, предпринимателей и киноработников, Молодовского сельисполкома и Ивановского райисполкома был установлен новый памятник в виде раскрытой книги с именами погибших. К памятнику проложили дорожку, а место трагедии обнесли забором...

 

Фото: "Служба спасения", 1998 год.


1 1 1 1 1 Rating 5.00 (3 Votes)

Добавить комментарий

Комментарии, содержащие оскорбления, угрозы и нецензурные выражения, удаляются без объяснения. Портал оставляет за собой право не публиковать комментарии, несущие вред его репутации.
Ответственность за содержание конкретного комментария несет написавший его пользователь (п.12 Указа Президента Республики Беларусь № 60 от 01.02.2010 г.).

Защитный код
Обновить