Православная церковь 6 октября вспоминает Зачатие честного славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, а также мученицу Раису (Ираиду) Александрийскую. В народном календаре восточных славян эта дата закрепилась под характерным названием — Ираида Спорная. Для белорусской деревни день знаменовал наступление настоящих осенних холодов, окончательный переход к домашним хозяйственным заботам и требовал особой осторожности в финансовых делах.

События праздника Зачатия Иоанна Крестителя описаны евангелистом Лукой. Пожилой священник Захария и его супруга Елисавета долгие годы оставались бесплодными, что в иудейском обществе считалось признаком божьей немилости. Во время каждения в храме Захарии явился архангел Гавриил и возвестил о скором рождении сына, которому суждено приготовить путь Спасителю. За сомнение в пророчестве священник был поражен немотой вплоть до дня наречения младенца именем Иоанн.
Вторую покровительницу дня, деву Ираиду, почитают за мужество времен гонений императора Диоклетиана в начале IV века. Дочь священника из египетской Александрии добровольно присоединилась к группе христиан, закованных в кандалы на корабле, открыто исповедала веру и приняла мученическую кончину.
В крестьянском восприятии строгие церковные каноны переплелись с практической жизнью. Приставка «Спорная» закрепилась за днем из-за двух факторов: неустойчивой, словно спорящей с теплом погоды и распространенного поверья о том, что любые разногласия вокруг нажитого имущества 6 октября приносят убытки.
К началу октября световой день стремительно сокращался, а в низинах Полесья и на холмах центральной Беларуси начинались регулярные утренние заморозки. Хозяева завершали все масштабные работы на земле и вплотную занимались утеплением жилищ:
Конопатили щели в бревенчатых избах мхом и паклей;
Завершали закладку корнеплодов в погреба и бурты;
Проверяли дымоходы и печные заслонки.
Особое внимание уделяли очагу. Считалось, что протопленная 6 октября сухими березовыми поленьями печь убережет дом от сырости до самой весны. Женщины пекли ржаные лепешки или колобки, которые съедали горячими прямо у загнетка, надеясь привлечь достаток и здоровье.
Ираидин день считался психологически непростым. В народе верили, что в эти сутки человеку легко навязать неудачную сделку или вовлечь его в затяжную тяжбу. Чтобы сберечь накопления, следовали жестким правилам:
Не пересчитывать мелочь. Считать оставшиеся в кошельке медные или серебряные монеты запрещалось — это сулило затяжную бедность до следующего лета.
Отказываться от жалоб на судьбу. Сетовать на безденежье, неурожай или болезни строго возбранялось: верили, что слова, сказанные на Ираиду, способны умножить беду.
Не давать взаймы после захода солнца. Любая передача денег, муки или хлеба из дома чужим людям рассматривалась как отдача собственной семейной удачи.
Остерегаться азартных споров. Название дня предостерегало от пари и словесных перепалок — проигравший рисковал потерять гораздо больше, чем поставил на кон.
Люди, оказавшиеся в тяжелом материальном положении, старались в этот день найти любую подработку, пусть даже символическую, чтобы «переломить» безденежье трудом.
Наблюдения за природой помогали прогнозировать погоду на ближайшие месяцы без современных метеорологических станций:
Высоко и дружно летящие на юг журавли предвещали раннюю и суровую зиму;
Отсутствие утреннего инея при ясном небе сулило затяжные дожди в середине октября;
Речная вода, шумящая тише обычного, указывала на ровную, бесснежную погоду в ближайшие дни.
Глубокая осень 6 октября окончательно вступала в свои права, заставляя деревню переходить на зимний распорядок дня, где главными ценностями становились тепло родного очага, бережливость и спокойствие внутри семьи.